Неточные совпадения
— Так и глядит, глаз не сводит; над каждым-то словечком его висит; так и ловит, так и ловит! — говорила потом Лизавета Прокофьевна
своему супругу. — А скажи ей, что
любит, так и святых вон понеси!
Но генерал никогда не роптал впоследствии на
свой ранний брак, никогда не третировал его как увлечение нерасчетливой юности и
супругу свою до того уважал и до того иногда боялся ее, что даже
любил.
Муж ее, Иван Флегонтович, нашел в ней не жену, а сущий клад, как он и
любил выражаться о
своей супруге.
Побеседовав таким образом с
супругой своей, он в тот же день вечером завернул в кофейную Печкина, которую все еще
любил посещать как главное прибежище художественных сил Москвы. В настоящем случае Лябьев из этих художественных сил нашел только Максиньку, восседавшего перед знакомым нам частным приставом, который угощал его пивом. Лябьев подсел к ним.
Из этих намеков мужа и Егора Егорыча Миропа Дмитриевна хорошо поняла, что она поймана с поличным, и ею овладело вовсе не раскаяние, которое ей предлагали, а злость несказуемая и неописуемая на
своего супруга; в ее голове быстро промелькнули не мысли, нет, а скорее ощущение мыслей: «Этот дурак, то есть Аггей Никитич, говорит, что
любит меня, а между тем разблаговещивает всем, что я что-то такое не по его сделала, тогда как я сделала это для его же, дурака, пользы, чтобы придать ему вес перед его подчиненными!» Повторяемый столь часто в мыслях эпитет мужу: дурак и дурак — свидетельствовал, что Миропа Дмитриевна окончательно убедилась в недальности Аггея Никитича, но, как бы там ни было, по чувству самосохранения она прежде всего хотела вывернуться из того, что ставят ей в обвинение.
Подойдя к окну
своей спальни, он тихо отпирал его и одним прыжком прыгал в спальню, где, раздевшись и улегшись, засыпал крепчайшим сном часов до десяти, не внушая никакого подозрения Миропе Дмитриевне, так как она знала, что Аггей Никитич всегда
любил спать долго по утрам, и вообще Миропа Дмитриевна последнее время весьма мало думала о
своем супруге, ибо ее занимала собственная довольно серьезная мысль: видя, как Рамзаев — человек не особенно практический и расчетливый — богател с каждым днем, Миропа Дмитриевна вздумала попросить его с принятием, конечно, залогов от нее взять ее в долю, когда он на следующий год будет брать новый откуп; но Рамзаев наотрез отказал ей в том, говоря, что откупное дело рискованное и что он никогда не позволит себе вовлекать в него
своих добрых знакомых.
Отсюда мир семьи их не был мир вожделенный, а, напротив, довольно натянутый, и с возрастом единственного сына их, которого мать
любила без памяти, а отец, занятый
своими комитетами, довольно бесстрастно,
супруги незаметно раздвинулись на большую дистанцию.
Я
свое настроение скрыл даже от
своей любезной
супруги, которая
любит ковыряться у меня в душе и, как кошка, выцарапывает самые тайные мысли.
Юрий стал рассказывать, как он
любил ее, не зная, кто она, как несчастный случай открыл ему, что его незнакомка — дочь боярина Кручины; как он, потеряв всю надежду быть ее
супругом и связанный присягою, которая препятствовала ему восстать противу врагов отечества, решился отказаться от света; как произнес обет иночества и, повинуясь воле
своего наставника, Авраамия Палицына, отправился из Троицкой лавры сражаться под стенами Москвы за веру православную; наконец, каким образом он попал в село Кудиново и для чего должен был назвать ее
своей супругою.
Боярин призадумался. Дурной гражданин едва ли может быть хорошим отцом; но и дикие звери
любят детей
своих, а сверх того, честолюбивый боярин видел в ней будущую
супругу любимца короля польского; она была для него вернейшим средством к достижению почестей и могущества, составлявших единственный предмет всех тайных дум и нетерпеливых его желаний. Помолчав несколько времени, он спросил: употребляла ли больная снадобья, которые оставил ей польский врач перед отъездом
своим в Москву?
Если она
любила украшать
свою особу, то еще более
любила танцы, которые, благодаря расквартированным по окрестностям офицерам пехотного полка, умела устраивать у себя в доме невзирая на беспокойное состояние
супруга, кончавшего день роковым охмелением.
— Итак, государыня, зная, что вы будто вовлекли княжну в порочную связь, что вы
любите ее неограниченно (доказывают это письма ваши в руках у государыни); получив также верные свидетельства, что вы не
любите супруги вашей, от которой не имеете и детей, и что вы хлопотали уже о разводе, предлагает вам
свое покровительство в этом деле. Преступная любовь ваша и любовь сироты, столь драгоценной сердцу ее величества, должна освятиться у алтаря.
Наталья во всех случаях жизни
любила прибегать к святыне. Вера вознаграждала ее за все потери на земле, осушала ее слезы, святила для нее земные восторги, обещала ей все прекрасное в этом и другом мире. И теперь, успокоенная
своим мужем, расставшись с ним, она прошла в
свою спальню и там молилась, усердно, со слезами, чтобы господь сохранил ей любовь
супруга, который после бога был для нее дороже всего.
— А! вижу, что твое сердце не выдержало, Катенька! — сказал Петр, вошедши в приемную залу. —
Люблю тебя за то, душа моя, что ты не забываешь прежних друзей
своих. Теперь, Frau баронесса! могу открыть вам секрет:
супруга моя хлопотала о благополучии вашей дочери, как бы о
своем собственном. (Тут подошел он к Луизе и поцеловал ее в лоб.) Я ваш гость на свадьбе и крестный отец первому ребенку, которого вам даст Бог.
Вы, как мужчина, может быть, не совсем поймете меня: если б я князя не знала прежде и для блага поляков нужно было бы сделаться его любовницей, я ни минуты бы не задумалась; но я
любила этого человека, я некогда к ногам его кинула всю мою будущность, я думала всю жизнь мою пройти с ним рука об руку, и он за все это осмеливается в присутствии моем проклинать себя за то, что расстроил
свою семейную жизнь, разрушил счастие преданнейшей ему женщины, то есть полуидиотки его
супруги!..
И читал он ей, как счастливо живет молодой господин, и как
любит его молодая, прекрасная
супруга, и как король московский жалует его
своими милостями.
Для барона же чувство быть отцом превышало все блага, какими он только наслаждался на земле, выключая счастье
любить свою милую, прекрасную
супругу и быть ею любиму.
Амалия несчастна, изгнанница из сердца
супруга — Антон также несчастен, также изгнанник; черты его — черты матери, характер — вылит в форму ее души; он
любит ее даже более
своего воспитателя.
Владислав угрюмо молчал. Стабровская подозревала, что он еще грустит по
своим московским привязанностям, и старалась развлекать его обществом хорошеньких, ловких, увлекательных соседок. Даже одну из них, блестящее созвездие среди светил Белорусского края, которую она особенна
любила и за которую многие безнадежно сватались, предложила ему в
супруги, уверяя его, что красавица к нему неравнодушна.
Супруга его была столько же толста глупостью, как и корпусом,
любила рассказывать о
своих давно прошедших победах над военными не ниже оберст-вахтмейстера, почитала себя еще в пышном цвете лет, хотя ей было гораздо за сорок, умела изготавливать годовые припасы, управлять мужем, управителем нескольких сот крестьян, и падать в обморок, когда он не давался ей вцепиться хорошенько в последние остатки его волос.
Сергей Петрович еще несколько времени беседовал с
своею супругою и, по преимуществу, старался растолковать ей, что если она его
любит, то не должна слушаться матери, потому что маменьки, как они ни
любят своих дочерей, только вредят в семейном отношении, — и вместе с тем решительно объявил, что он с сегодняшнего дня намерен прекратить всякие сношения с Катериной Архиповной и даже не будет с ней говорить. Мари начала было просить его не делать этого, но Хозаров остался тверд в
своем решении.
— Граждане, гонимые тоскою из домов
своих, нередко видали по ночам, при свете луны, старца Феодосия, стоящего на коленях пред храмом Софийским; юная Ксения вместе с ним молилась, но мать ее, во время тишины и мрака,
любила уединяться на кладбище Борецких, окруженном древними соснами: там, облокотясь на могилу
супруга, она сидела в глубокой задумчивости, беседовала с его тению и давала ему отчет в делах
своих.
Он
любил супругу и детей
своих, но с радостию предал бы нас в жертву отечеству.
Сколь, может быть, он ни виноват был против их, но они, кажется, больше жизни
своей его
любили, ну и Федор Гаврилыч тоже раз десять, может, приходили пешком к нашей усадьбе, чтоб только свиданье с
супругой своей иметь.
— На ветер лаять все можно, — отвечал Яков Иванов, — а коли человек в рассудке, так он никогда сказать того не может, чтоб госпожа наша внучки
своей не
любила всем сердцем, только конечно, что по
своей привязанности к ним ожидали, что какой-нибудь принц или граф будет им
супругом, и сколь много у нашей барышни ни было женихов по губернии, всем генеральша одно отвечала: «Ищите себе другой невесты, а Оленька моя вам не пара, если быть ей в замужестве, так быть за придворным».
Супруга своего она
любила и жила с ним всегда в постоянном согласии.